Глава 16

Книги / Аттракцион любви / Глава 16

Страница 1

Ветреным апрельским днем Лизетт пересекла Ла-Манш. Она не стала спускаться в каюту и, стоя на палубе, любовалась белыми отвесными скалами Дувра, которые впервые видела так близко. Если раньше у нее и были сомнения, правильно ли она поступает, покидая Францию, в особенности учитывая, что в следующем январе ей исполнится двадцать один год, и она вступит в наследство домом, то сейчас от них не осталось и следа. Она хотела только одного: быть с Даниэлем, хотя чувствовала, что всегда будет тосковать по дому в Белькуре.

Она села в кресло и, укрывшись пледом, принесенным стюардом, наблюдала за другими пассажирами, которые гуляли по палубе, пошатываясь и хватаясь за поручни. Лизетт думала о Даниэле. Он писал, с каким нетерпением ожидает ее приезда. Многие весточки были написаны явно второпях, в короткие перерывы между работой. Вероятно, так оно и было. Даниэль сообщал, что организовал несколько успешных сеансов в Лондоне и других городах, где получил не менее восторженные отклики, чем Люмьеры. Конечно, он был не единственным в этой профессии. Вскоре после парижской премьеры Люмьеров многие операторы начали снимать «живые картинки» и демонстрировать их на публичных сеансах – и не только в Европе, но и в Соединенных Штатах Америки и других частях света, вплоть до Китая. Одни пользовались камерами Люмьеров, другие снимали аппаратами собственного изобретения.

Когда пароход причалил, Лизетт сразу увидела на пристани Даниэля. Она быстро прошла таможню и оказалась в его объятиях.

– Добро пожаловать, моя любовь! – воскликнул сияющий от счастья Даниэль, целуя ее. – Последние недели ожидания показались мне вечностью.

– Мне тоже. Но теперь я здесь и останусь с тобой навсегда!

В поезде на Лондон они заняли купе в вагоне первого класса. Поскольку в купе кроме них никого не было, они могли, открыто говорить обо всем.

– Есть новости о дочке? – был первый вопрос Даниэля.

Лизетт, грустно покачав головой, рассказала ему о визите в монастырь.

– У меня такое ощущение, будто за нами захлопнулась дверь, – почти шепотом сказала она, подытожив рассказ.

Даниэль крепко сжимал ее в объятиях. В какой-то момент слова были лишними. Поезд тронулся. Так начался их путь в новую жизнь. Далее, не касаясь этой больной темы, они обменялись новостями.

– Ты писал, что во время твоих сеансов некоторые женщины вскрикивали от ужаса. Но что их так пугало? – спросила она. – Это тоже сцена с поездом, как у Люмьеров?

Он рассмеялся, покачав головой.

– Нет, мои зрители испугались, что их захлестнет океанской волной. Я снимал ролик на побережье, когда неожиданно на берег накатила мощная волна. Одна женщина почти впала в истерику и от страха даже раскрыла зонт.

Лизетт от души рассмеялась.

– Что еще нового? Ты обещал мне подробно рассказать о своих работах, когда я приеду.

– Да. После моего первого шоу в Лондоне ко мне обратился один импресарио из мюзик-холла. Сейчас уже готова небольшая программа из моих фильмов, которую там крутят каждый вечер. Дело не только прибыльное, но и приносит большую известность. Фильмы пользуются спросом и в других залах. Один антрепренер захотел даже включить эти ролики в программу ярмарочных представлений – как интермедии. Это еще одна возможность показывать мои комедийные сюжеты. При хорошем свете мы целыми днями снимаем. Прекрасно, что я выбрал для студии это место на южном побережье. Здесь действительно больше всего солнечных дней во всей Англии.

– В письмах ты назвал это место Хотхэмптон. Но я ни на одной карте его не нашла.

– Это небольшое местечко, где будет располагаться студия. Оно известно как Хотхэмптон – так раньше назывался курорт, хотя теперь переименовано в Богнор. Кое-кто из нашего брата обосновался в Хове, тоже из-за хорошего климата. Словом, вся киноиндустрия несется вперед с огромной скоростью.